«За службу и храбрость» «его давали за отвагу и преданность родной земле». — «военные действия»

«За службу и храбрость» «его давали за отвагу и преданность родной земле». - «военные действия»Как уже говорилось в первой части статьи, орден св. Георгия занялисключительное положение в русском наградной совокупности и сохранил его до конца собственного существования. ИсторикЕ.П. Карнович писал, что в дореволюционной России «появление в обществе георгиевского кавалера частенько обращает на него внимание присутствующих, чего не бывает в отношении кавалеров вторых орденов, хотя бы и звездоносцев», другими словами награжденных орденами высших степеней.

Высочайший авторитет Армейского ордена в народе и армии обусловил широкое применение его символики.
Собственного рода продолжением ордена св. Георгия являются пять боевых золотых офицерских крестов, носившихся на Георгиевских лентах, созданных между 1789-м и 1810-м годами. Они жаловались офицерам, представленным к награждению орденами св. Георгия либо св. Владимира, но их не взявшим:
• «За храбрость и службу — Очаков забран в декабре 1788».
• «За отменную храбрость — Измаил забран декабря 11 1790».
• «За храбрость и труды — Прага забрана октября 24 1794».
• «Победа при Прейсиш-Эйлау 27 генв. 1807 г.».
• «За хорошую храбрость при взятии приступом Базарджика 22 мая 1810 г.».

На георгиевской ленте носился золотой наперсный крест, которым награждали армейских священников. Наперсный крест на Георгиевской ленте являлся высокой призом для лиц духовного звания. Ею отмечали священников, совершивших подвиги при яркой опасности для собственной судьбы. Крестом награждали лишь за отличие под огнем неприятеля, и исходя из этого его имел возможность взять любой священник, независимо от взятых ранее духовных либо светских призов.

Крест на Георгиевской ленте нереально было выслужить, и он не входил в перечень очередных призов кроме того в военное время. Он жаловался Правителем Императором, по согласованию со Святейшим Синодом, и выдавался из Кабинета Его Величества. Так как армейские священники, в силу собственного положения, чаще епархиальных подвергали собственную жизнь опасности, то их было больше и награждено.

Имелись случаи награждения наперсным крестом и епархиальных священников. К примеру, в Крымскую войну пара иеромонахов Соловецкого монастыря были награждены наперсными крестами на Георгиевской ленте.

За период с 1787 по 1918 год таковой награды было удостоено более трехсот военных священников Русской Православной Церкви.

Символ отличия Армейского ордена

На груди нижних чинов георгиевская лента показалась существенно раньше установления известного Символа отличия Армейского Ордена. 18 октября 1787 г. нижним чинам отряда графа Суворова, отличившимся при отражении турок от Кинбурнской косы, были пожалованы серебряные медали с надписью «Кинбурн, 1 октября 1787 г.», носившиеся на Георгиевской ленте. После этого на Георгиевской же ленте были пожалованы нижним чинам следующие медали:
• «За храбрость на водах Очаковских, 1 июня 1788»,
• «За храбрость, оказанную при взятии Очакова, декабря 6 дня 1788»,
• «За храбрость на водах Финских, августа 13 1789 года»,
• «За храбрость при атаке шведских батарей в 1790 г. у Гекфорса»,
• «За отменную храбрость при взятии Измаила, декабря 11, 1790»,
• «За храбрость и труды при взятии Праги, октября 24 1794 г.».
Все эти медали давались лишь отличившимся нижним чинам, а отнюдь не всем участвовавшим в сражениях. Так, жёлто-тёмная ленточка начала проникать в русскую деревню, и в ветхом воине, носившем ее, односельчане привыкли видеть храбреца.

Император Александр I продолжил традицию награждения нижних чинов призами на георгиевской ленте, вступая на престол, он заявил: «При мне все будет как при бабушке»: в 1804 г. нижним чинам, участвовавшим во взятии приступом Ганжи, были розданы серебряные медали на Георгиевской ленте с надписью: «За храбрость и труды при взятии Ганжи Генваря 1804 года». Но эта медаль была дана уже не только отличившимся, но и всем бывшим на штурме крепости.

В январе 1807 года Александру 1 была представлена записка, в которой доказывалась необходимость учреждения особенной награды для воинов и нижних офицерских чинов. Наряду с этим создатель записки ссылался на опыт Семилетней военных и войны кампаний Екатерины II, в то время, когда воинам раздавались медали, где фиксировалось место сражения, в котором они принимали участие, что, непременно, повышало солдатский боевой дух. Создатель записки предлагал сделать эту меру более действенной, раздавая символы отличия «с некоторою разборчивостию», другими словами с учётом настоящих личных заслуг.
В итоге 13 февраля 1807 года вышел Высочайший Манифест, создавший Символ Отличия Армейского Ордена, что потом и начнёт называться Георгиевский крест: «Во изъявление особой Императорской милости к воинству и в вящее подтверждение Отечественного внимания к заслугам оного, искони ознаменованным в любых ситуациях толикими опытами любви к отечеству, верности к Правителю, ревности к неустрашимой храбрости и службе».
Очень направляться подчернуть, что Императорский Армейский орден св. праведника и ПобедоносцаГеоргия иЗнак Отличия Армейского Ордена – различные призы с различным статусом.

В Манифесте оговаривался внешний вид приза — серебряный символ на георгиевской ленте, с изображением Георгия Победоносца в центре.

Крест носили на Георгиевской черножелтой ленте на груди. В правилах, касающихся символа отличия, указывалось: «Он приобретается лишь в поле сражения, при обороне крепостей и в битвах морских. Им награждаются лишь те из нижних воинских чинов, каковые, проходя службу в сухопутных и морских русских армиях, вправду выкажут собственную отменную храбрость в борьбе с неприятелем».
Заслужить символ отличия возможно было, только совершив боевой подвиг, к примеру, захватив вражеское знамя либо штандарт, забрав в плен неприятельского офицера либо генерала, первым ворвавшись на протяжении штурма во вражескую крепость либо при захвате на борт боевого корабля.
Взять эту приз имел возможность и тот, кто спас в бою жизнь собственному начальнику.
Были в манифесте оговорены и другие нюансы новой награды. Награжденные им нижние чины приобретали множество плюсов. Они выключались из податного сословия, не могли быть подвержены телесным наказаниям, им прибавлялось финансовое содержание, при выходе в отставку назначалась пенсия.

Принятабыла такая демократическая мера, как право нижним чинам в некоторых случаях самим выбирать хороших взять серебряный крестик. В первые годы существования данной награды по окончании военных действий на роту, корабль либо второе воинское подразделение назначалось определенное количество крестов, а уже сами воины либо матросы решали, кто более хорош награды. Последующие подвиги кавалеров Символа Отличия награждались прибавкой к содержанию третьей части жалования, впредь до его удвоения.
Призы раздавались новым кавалерам начальниками в праздничной обстановке, перед фронтом воинской части, на флоте — на шканцах под флагом.

Символ Отличия Армейского Ордена был создан Императором Александром Павловичем ровно через семнадцать дней по окончании Прейсиш-Эйлау, сражения, в котором войска России явили стойкости и пример храбрости. Но Знаком Отличия награждались отличившиеся в битвах, случившихся ещё до его учреждения. Так, в сражении под Морунгеном 6 января 1807 г. подпрапорщик 5-го егерского полка Василий Берёзкин захватил знамя 9-го лёгкого полка.

Знамя это было вручено ему в 1802 г. самим Наполеоном за отличие в бою при Маренго. За данный подвиг Берёзкин взял Символ Отличия Армейского ордена и был произведён в офицеры.

Но первым в перечне из тех, кто взял Символ Отличия Армейского ордена, значится унтер-офицер Кавалергардского полка Егор Иванович Митрохин (либо по другим сведеньям Митюхин), награждённый за отличие в сражении с французами под Фридландом 2 июня 1807 г.

Обстоятельством этого послужило то, что первоначально награжденные Символами Отличия никак не фиксировались, не было ни единого перечня, ни нумерации их знаков. В то время, когда же число награждённых стало очень большим, в Военной коллегии решили, наконец-то, внестиих в один перечень, действительно, он был составлен не в хронологическом порядке, т.е. по времени награждения, а по старшинству полков.
В итоге оказалось, что первым в перечне значится Егор Иванович Митрохин. Следующие шесть фамилий награждённых кроме этого были из Кавалергардского полка. После этого в перечне значились 172 нижних чина лейб-гвардии Конного полка, следом 236 лейб-гвардии Гусарского и т.д.

Перечень был пронумерован и стал началом Вечному перечню кавалеров Символа Отличия Армейского ордена. По информации из официальных источников, награды без номера до октября 1808 года взяли 9000 нижних чинов. Затем на Монетном дворе начали производить символы с номерами.
С самого момента учреждения орден взял еще пара неофициальных названий: Георгиевский крест 5-й степени, солдатский Георгий («Егорий») и другие. Солдатским Георгием № 6723 была награждена известная «кавалерист-женщина», героиня войны с Наполеоном Надежда Дурова, начавшая работу несложным уланом.

В первой половине 30-ых годов XIX века, в царствование императора Николая I, был принят новый статут ордена св. Георгия. Он включал в себя последовательность новшеств, кое-какие из которых касались и награждения крестами нижних чинов. Из них необходимо подчеркнуть самые важные.
Так, к примеру, все полномочия в пожаловании приза отныне стали прерогативой Главнокомандующих армиями и начальников отдельных корпусов. Это сыграло хорошую роль, потому, что существенно облегчало процесс пожалований, избавленный так от многих бюрократических проволочек. Ещё одно новшество было в том, что все унтер и солдаты-офицеры, по окончании третьего награждения взявшие большую прибавку к жалованию, приобретали право носить крест с бантом из Георгиевской ленты, что стало в определённом смысле предвестием будущего разделения на степени.

В 1844 г. были внесены трансформации во внешний вид крестов, вручаемых мусульманам, а в последствие и всем нехристианам. Предписывалось на медальоне изображение святого Георгия заменить на герб России, двуглавого императорского орла. Это было сделано чтобы придать награде более «нейтральный», в конфессиональном смысле, темперамент.

Символами без степени отмечен 114 421 человек, из них 1176 взяли символы, возвращенные в Капитул орденов по окончании смерти их прошлых кавалеров.

Во второй половине 30-ых годов девятнадцатого века для воинов – ветеранов прусской армии, участвовавших в сражениях с наполеоновскими армиями в 1813—1815 годах, было отчеканено 4500 знаков.На них, в отличие от простых Георгиевских призов на оборотной стороне, на верхнем луче креста изображен вензельАлександра I. Таких знаков, имевших особенную нумерацию, было вручено 4264, остальные 236 пошли в переплавку.

Следующее важное изменение в статуте ордена, относящееся к Георгиевским призам для нижних чинов, случилось в марте 1856 г. — он был поделён на 4 степени. 1 и 2 ст. изготовлялись из золота, а 3 и 4 из серебра.

Награждение степенями должно было осуществляться последовательно, наряду с этим для каждой степени вводилась собственная нумерация. К 1 и 3 степени для визуального отличия присоединялся бант из Георгиевской ленты.

По окончании бессчётных пожалований за Турецкую войну 1877 – 1878 гг., штемпеля, применяемые на Монетном дворе для чеканки крестов, былиобновлены, наряду с этим медальером А.А. Грилихесом были внесены кое-какие трансформации, и награды уже совсем купили тот вид, что сохранился до 1917 года. Изображение фигуры святого Георгия в медальоне стала более ясным, динамичным.
В 1913 г. был принят новый статут Георгиевских призов. Как раз с этого момента Символ Отличия Армейского ордена для награждения нижних чинов стал официально именоваться Георгиевским крестом. Для каждой степени данной приза вводилась новая нумерация.

Кроме этого упразднялась особенная приз для иноверцев, им начал вручаться символ простого примера.

Новый статут ввёл кроме этого пожизненные финансовые поощрения кавалерам Георгиевского креста: за 4-ю степень — 36 рублей, за 3-ю степень — 60 рублей, за 2-ю степень — 96 рублей и за 1-ю степень — 120 рублей в год. Кавалерам нескольких степеней прибавка либо пенсия платилась лишь за высшую степень. На пенсию в 120 рублей возможно было нормально жить, заработная плат промышленных рабочих в 1913 году составляла около 200 рублей в год.

Кавалер 1-й степени жаловался кроме этого званием подпрапорщика, а кавалер 2-й степени приобретал такое звание лишь при увольнении в запас.
В годы гражданской войны фактическое отсутствие единого руководства и территориальная разобщённость белых армий стали причиной тому, что неспециализированной наградной совокупности не было создано. Не было выработано и единого подхода к вопросу о допустимости награждения дореволюционными призами. Что касается солдатских Георгиевских Крестов и медалей, то награждение ими рядовых воинов и казаков, вольноопределяющихся, унтер-офицеров, юнкеров, сестёр и добровольцев милосердия происходило на всех территориях, занятых Белыми армиями.
В тяжелые для России годы народ, движимый эмоцией патриотизма, массово поднимался на защиту Отечества, что отражает количество врученных солдатскихГеоргиевских призов. Самый громадный номер из выданныхдо 1913 го да знаков отличия 1-й степени был 1825, 2-й — 4320, 3-й — 23 605, 4-й — 205 336.

В 1914 году, с началом всемирный войны, количество награждений Георгиевскими крестами быстро возросло. К 1917 году (уже с новой нумерацией) 1-я степень была выдана около 30 тысяч раз, а 4-я — более 1 миллиона!

В связи с громадной чеканкой Георгиевских крестов из драгоценных металлов, происходившей в тяжелых экономических условиях, в мае 1915 было решено уменьшить пробу применяемого на эти цели золота. Боевые призы высших степеней начали изготавливать из сплава с содержанием чистого золота в 60 процентов. А с октября 1916 драгоценные металлы были полностью исключены при изготовлении всех Русских призов.

Георгиевский крест стали чеканить из мельхиора и томпака, с обозначением на лучах: ЖМ (жёлтый металл) и БМ (белый металл).
Конечно, перечислить всех георгиевских кавалеров не представляется вероятным. Ограничимся несколькими примерами. Известно пара случаев награждения Символами Отличия Армейского ордена и Георгиевскими крестами целых подразделений:
• 1829 — экипаж легендарного брига «Меркурий», принявшего и победившего неравный бой с двумя турецкими линейными кораблями;
• 1865 — сотни 4-и казаки 2-го Уральского казачьего полка, выстоявшие в неравном бою с многократно превосходящими силами кокандцев под кишлаком Икан;
• 1904 — экипажи крейсера «Варяг» и канонерской лодки «Кореец», погибших в неравном бою с японской эскадрой;
• 1916 — казаки 2-й много 1-го Уманского кошевого атамана Головатова полка Кубанского казачьего войска, которая под руководством есаула В.Д. Гамалия совершила тяжёлый рейд в апреле 1916 года на протяжении Персидской кампании.[16]
• 1917 — бойцы Корниловского ударного полка за прорыв австрийских позиций у деревни Ямница.
Среди самые известных кавалеров солдатского Георгия — узнаваемый персонаж времен Первой Мировой казак Козьма герой и Крючков Гражданской войны Василий Чапаев — три Георгиевских креста (4-й ст. № 463479 — 1915 год; 3-й ст. № 49128; 2-й ст. № 68047 октябрь 1916 года) и Георгиевская медаль (4-й степени № 640150).

Полными кавалерами солдатского Георгиевского креста были советские полководцы: А.И. Еременко, И.В. Тюленев, К.П.

Трубников, С.М. Будённый. Причём Будённый приобретал Георгиевские кресты кроме того 5 раз: первой награды, Георгиевского креста 4-й степени, Семён Михайлович был лишён по суду за рукоприкладство к старшему по званию, вахмистру. Опять он занял место 4-й ст. на турецком фронте, в последних месяцах 1914. Георгиевский крест 3-й ст. был взят в январе 1916 года за участие в атаках под Менделиджем. В марте 1916 года Будённый награждён крестом 2-й степени.

В июле 1916 года Будённый взял Георгиевский крест 1-й степени, за то, что с четырьмя товарищами привёл из набега в тыл неприятеля 7 турецких солдат.

Из будущих маршалов нижний чин Родион Малиновский был награждён трижды (из них два раза крестом 3-й степени, про один из которых стало известно уже по окончании его смерти), и по два креста имели унтер-офицер Георгий младший унтер и Жуков-офицер Константин Рокоссовский. Два креста имел будущий генерал Сидор Ковпак, в годы ВОВ — начальник Путивльского соединения и партизанского отряда партизанских отрядов Сумской области, потом приобретшего статус Первой украинской партизанской дивизии.

Среди георгиевских кавалеров имеется и дамы. Известны следующие случаи награждения крестом дам: это упоминавшаяся ранее "кавалерист-женщина" Надежда Дурова, взявшая приз в 1807 году, в перечнях кавалеров она значится под именем корнета Александра Александрова. За сражение при Денневице в 1813 году взяла Георгиевский крест вторая дама — София Доротея Фредерика Крюгер, унтер-офицер из прусской бригады Борстелла.

Антонина Пальшина, сражавшаяся в Первую Мировую под именем Антона Пальшина имела Георгиевские кресты трёх степеней.
Мария Бочкарёва, первая в Русской армии дама-офицер, начальник "женского батальона смерти" имела два Георгия.

Новая история Георгиевского креста началась 2 марта 1992 года, когдазнак отличия «Георгиевский крест» был восстановлен Указом Президиума Парламента РФ.

Георгиевская медаль за храбрость.

Слово «храбрость» повторялось много раз на наградных медалях XVIII —начала XIX столетий. В первой половине XIX столетия показались наградные медали, чеканившиеся в серебре и золоте, с надписью: «За храбрость». Эти медали предназначались в приз за боевые подвиги местным азиатской России и жителям Кавказа, конечно лицам, не имеющим воинского звания, но показавшим отвагу на поле боя, к примеру санитарам.

Имели возможность взять женщины и этот знак отличия.

Так, по личному указанию адмирала П.С. Нахимова на протяжении обороны Севастополя серебряной медалью «За храбрость» на Георгиевской ленте была награждена вдова матроса Дарья Ткач за отличие при обороне черноморской твердыни. Заслужил медаль и двенадцатилетний сын матроса Максим Рыбальченко, подносивший под вражеским огнем ядра на русские артиллерийские позиции.

С 1850 года и по 1913 год входила в список призов, предназначенных для коренных обитателей Кавказа, Закавказья и других азиатских территорий России, не пребывающих в регулярных армиях и не имеющих офицерских и классных чинов. Ею награждали за отличия в битвах против неприятеля на стороне русском армии, за подвиги, показанные в схватках с нарушителями порядка, с хищными животными, как в мирное, так и в военное время, в связи с чем среди награждённых преобладали уроженцы Кавказского края.

Медаль носилась на георгиевской ленте. Имела четыре степени преимущества:
• серебряная медаль меньшего размера (28 мм, 30 мм) для ношения на груди;
• такая же золотая медаль для ношения на груди;
• серебряная медаль большего размера (50 мм) для ношения на шее;
• такая же золотая медаль для ношения на шее.
Соблюдалась постепенность в награждениях: от нагрудной серебряной (меньшего преимущества) до золотой нашейной. Но, за отличия, выходящие из последовательности обычных, дозволялось награждать медалями более большого преимущества кроме низших. Медали (как малые нагрудные, так и громадные нашейные) не имели номеров; пенсий и прибавочного жалования по ним не полагалось.

По преимуществу медаль «За храбрость» была ниже Символа отличия Армейского ордена, но выше всех остальных медалей, но некое время (в 1852–1858 годах) золотая нашейная медаль с надписью «За храбрость» в совокупности призов, установленных для обитателей азиатских окраин, была выше Символа отличия Армейского ордена. За годы существования приза её внешний вид и статус много раз изменялись.

Эти же призы выдавали за армейские заслуги лицам, не имеющим воинского звания. Золотая шейная медаль была пожалована в Крымскую войну муниципальному голове Ейска «за деятельные распоряжения под огнем неприятеля при спасении больных и казённого имущества на протяжении бомбардировки города англо-французской эскадрой» в 1855 году.
Во второй половине 70-ых годов XIX века император Александр II для награждения нижних чинов пограничной стражи и содействующих ей флота и подразделений армии за боевые отличия при выполнении обязанностей пограничной и таможни создал отдельную приз — медаль с надписью «За храбрость». Медаль имелачетыре степени. 1-я и 2-я степени данной медали были золотыми, 3-я и 4-я — серебряными.

Медали всех степеней имели однообразный, меньший, размер (28 мм), носились на груди, на георгиевской ленте, причём 1-я и 3-я степени – с бантом из данной же ленты. Соблюдалась постепенность в награждении: от 4-й (низшей) степени до 1-й (высшей).
На лицевой стороне медали изображался профиль царствующего императора, на обратной – надпись «За храбрость», степень медали и её номер. Эта приз была приравнена к Символу отличия Армейского ордена и была выше всех остальных медалей, включая Аннинскую. По новому статуту 1913 года медали «За храбрость» четырех степеней взяли официальное наименование «Георгиевских» и могли быть выданы любому нижнему чину флота и армии за подвиги в военное либо мирное время.

Медаль могла быть пожалована и лицам гражданским за боевые отличия в военное время. С 1913 го да началась новая нумерация Георгиевских медалей, раздельно по каждой степе ни, как и у Георгиевских крестов.

Полным кавалером Георгиевских медалей стала сестра милосердия Генриетта Викторовна Сорокина, спасшая знамя 6-го Либавского полка. На протяжении боя под Сольдау, при работе на перевязочном пункте, Генриетта была легко ранена в ногу. Знаменщик Либавского полка, получивший тяжелое ранение в пузо, сорвал с древка знамя, свернул его и негромко сообщил: «Сестра, спаси знамя!» и с этими словами погиб на ее руках.

Скоро сестра милосердия была снова ранена, её подобрали германские санитары и положили в больницу, где ей вынули пулю из ступни. В том месте Генриетта и пролежала, пока ее не приняли подлежащей эвакуации в Россию, сохранив знамя.
Правитель наградил сестру Сорокину Георгиевскими медалями I и II степени. Но, учитывая значение подвига, руководство представило Сорокину к награждению медалями и остальных степеней. Медали 1-й и 2-й степеней были с порядковыми номерами «1».

Наградное орденское оружие.

Отличившихся в сражениях русских солдат дорогим и прекрасным оружием награждали еще в старину. И случилось это так в далеком прошлом, что армейские специалисты и учёные кроме того затрудняются ответить, в то время, когда же это произошло в первый раз. Среди первых призов в большинстве случаев именуют палаш В. Шуйского, саблю Д.М.

Пожарского и саблю Б.М. Хитрово. На полосе последней сабли, сейчас хранящейся в Царскосельском музее, золотом наведена надпись: «Правитель Великий Князь и Царь всея Руси Михаил Федорович пожаловал сею саблею Стольника Богдана Матвеевича Хитрово».

В России офицеров за армейские подвиги награждали лишь белым (другими словами холодным) оружием. В первый раз офицеров регулярных частей русской армии начал награждать холодным оружием Петр I, и потом жаловались от царей лишь палаши, шпаги, сабли (и полусабли), шашки и кортики.

Оно разделялось на две категории знаков отличия — наградное холодное оружие, которое давалось за боевые отличия офицерам регулярной армии и флота, и наградное жалованное оружие для солдат иррегулярных армий. Вторая несколько наградного пистолета без каких-либо особенных трансформаций просуществовала до первой четверти XIX века.
Одним из первых золотую шпагу с алмазами получил от императора адмирал Ф.М. Апраксин — за освобождение от шведов крепости Выборг.
За победу над шведским флотом у острова Гренгам генералу князю М.М. Голицыну «в знак воинского его труда отправлена шпага золотая с богатым украшением алмазов».

До 1788 года наградные шпаги приобретали только генералы, причем оружие всегда было украшено драгоценными камнями. На протяжении боевых действий финиша 1780-х годов данной призом стали отмечать и офицеров, с той только отличием, что они приобретали шпаги без дорогих украшений. Вместо этого на эфесе офицерской наградной шпаги показалась надпись «За храбрость».

Еще в первой половине 70-ых годов XVIII века императрица Екатерина II для отличия за воинские подвиги ввела «Золотое оружие» с надписью «За храбрость». Первым данной почетной приза удостоился генерал-фельдмаршал князь А.А. Прозоровский, во второй половине 70-ых годов XVIII века Екатерина II пожаловала шпагу Г.А.

Потемкину за битвы в Очаковском лимане.

Для награждения офицеров тогда же изготовили золотые наградные шпаги, но уже без бриллиантов. На восьми из них была выбита надпись: «За мужество, оказанное в бою 7 июля 1778 года на лимане Очаковском», на двенадцати вторых дата не указывалась. В один момент с наградным пистолетом для отличившихся в морской баталии было сделано еще четырнадцать «шпаг золотых с надписью "За храбрость"».
Последний узнаваемый случай награждения золотым оружием относится к 1796 году, в то время, когда известный войсковой начальник М.И. Платов был награжден за Персидский поход золотой саблей с бриллиантами «За храбрость». Поход это был прерван в связи с вступлением на престол императора Павла I и трансформацией внешней политики России.
Император Павел I отменил награждение золотым оружием с надписью «За храбрость», заменив его «Аннинским оружием». К эфесу наградного холодного оружия прикреплялся красный крестик ордена Святой Анны III степени. С 1797 года орденский символ III степени, что прикреплялся к чашке шпаги, взял форму кружка с красным эмалевым кольцом по краю и таким же крестиком в середине.

Награждение золотым оружием возобновилось с царствования Александра I, и с этого времени в Российской Федерации стали за армейские заслуги жаловать двумя видами холодного оружия — золотым и Аннинским. С 28 сентября 1807 года офицеры, награжденные золотым оружием с надписью «За храбрость», стали причисляться к кавалерам русских орденов. Их имена заносились в перечни кавалеров русских орденов всех наименований, каковые каждый год публиковались в «Придворных календарях».
Награждались русским оружием и союзники-чужестранцы. Фельдмаршал Пруссии Г.Л. Блюхер, британский герцог А.У. Веллингтон, австрийский князь К.Ф.

Шварценберг получили от императора Александра I золотые шпаги с надписями и бриллиантами «За храбрость».
Генерал М.Д. Скобелев, один из самых гениальных русских полководцев, трижды награждался оружием: в 1875 году за взятие Андижана — шпагой с надписью «За храбрость», за Кокандский поход — золотой саблей с такой же надписью, во второй половине семидесятых годов девятнцадцатого века — золотой саблей, украшенной алмазами.
в течении XIX столетия и до 1913 года формально все золотое оружие должно было иметь эфесы из золота, сперва 72-й пробы, а с 3 апреля 1857 года — 56-й пробы. Но в собрании ГИМа имеются экземпляры золотого оружия, выданные в 1807, 1810, 1877 годах и позднее, эфесы которых только позолочены. По положениям, многократно подтвержденным, золотое оружие, как украшенное алмазами, так и без оных, выдавалось награжденному безвозмездно.

Только золотое оружие с Георгиевским крестиком, носящееся вместо оружия с алмазами, приобреталось самими награжденными.

В 1913 году, в то время, когда показался новый статут ордена св. Георгия, причисленное к этому ордену золотое оружие приобрело новое официальное наименование — Георгиевское и Георгиевское оружие , украшенное алмазами.
На генеральском оружии надпись: «За храбрость» заменялась указанием на подвиг, за что пожалована приз. С этого времени эфес у Георгиевского оружия официально не золотой, а только позолоченный.
Георгиевское оружие не могло быть «жалуемо в качестве очередной боевой награды либо же за участие в определенных периодах кампаний либо битвах, без наличия несомненного подвига».

В годы Первой Мировой Георгиевским и Аннинским оружием были награждены офицеров и тысячи солдат. Среди награжденных были полководцы, ставшие позже вождями Белого перемещения. Это создатель Добровольческой армии М.В. Алексеев, главнокомандующий штаба и начальник Ставки Западным фронтом А.И.

Деникин, Главный правитель России адмирал А.В. Колчак, главноком Кавказским фронтом Н.Н. Юденич, донские атаманы (А.М. Каледин, П.Н. Краснов, П.А. Богаевский), атаман Оренбургского казачьего войска А.И.

Дутов и другие.
Традицию награждать холодным оружием офицеров армии и флота стали использовать в конце Гражданской войны и в Красной армии. Декрет об учреждении «Почетного революционного оружия» был издан ВЦИК 8 апреля 1920 года, но награждать им стали еще в 1919 году, отличившиеся приобретали золотые шашки, каковые раньше принадлежали русским офицерам.

В таких случаях с наградного пистолета отрывали символы ордена Святой Анны IV степени и белые крестики ордена св. Георгия, а вместо них налагали символ ордена Красного Знамени. Такие награды взял 21 человек, среди них — С.С. Каменев, М.Н. Тухачевский, И.П. Уборевич, М.В. Фрунзе, Ф.К. Миронов, Г.И.

Котовский и другие.
В декабре 1924 года Президиум ЦИК СССР принял положение «О награждении лиц высшего командного состава РККА и Флота Почетным революционным оружием». Этим документом в качестве почетного, не считая кортика и шашки, учреждалось еще и огнестрельное оружие — револьвер. На его рукоять прикреплялись серебряная Красного накладка и орден Знамени с надписью: «Честному солдату РККА от ЦИК Альянса ССР». Первыми данной призы были удостоены С.С. Каменев и С.М.

Буденный.
Традиция награждения огнестрельным оружием и холодным сохранилась и в современной России, кроме того принято особое распоряжение Правительства РФ «О награждении оружием россиян».
Флаги

Войны России с Францией дали основательный толчок к формированию русской наградной совокупности, в особенности касательно коллективных призов. В 1799 г. на протяжении Швейцарского похода А. В. Суворова отличился Столичный гренадерский полк. 6 марта 1800 г. он взял знамя с надписью «За взятие знамени при реках Треббии и Нуре. 1799 г.» Кроме этого за Альпийский поход наградные флаги взяли Архангелогородский и Смоленский пехотные полки, а Таврический полк – за участие в экспедиции на Берген в Голландии.

Все за захват вражеских флагов. Эти флаги стали примером флагов Георгиевских.

Первыми фактически «Георгиевские» флаги пожалованы Высочайшим приказом 15 ноября 1805 г. полкам «за отличие, в бою 4 ноября при Шенграбене оказанное: Павлоградскому гусарскому – штандарт, Черниговскому драгунскому – штандарт, Киевскому гренадерскому, мушкетерским Азовскому, Подольскому, двум батальонам Новгородского и одному Нарвского – флаги, Донским казачьим Сысоева и Ханженкова – по одному знамени, все с изображением знаков Военного Ордена, и надписи о подвиге, а 6-му егерскому – серебряные трубы с такой же надписью.

Высочайшим приказом 15 ноября 1805 г. пожалованы полкам «за отличие, в бою 4 ноября при Шенграбене оказанное: Павлоградскому гусарскому – штандарт, Черниговскому драгунскому – штандарт, Киевскому гренадерскому, мушкетерским Азовскому, Подольскому, двум батальонам Новгородского и одному Нарвского – флаги, Донским казачьим Сысоева и Ханженкова – по одному знамени, все с изображением знаков Военного Ордена, и надписи о подвиге, а 6-му егерскому – серебряные трубы с такой же надписью».

Картинки штандартов и новых знамён генерал-адъютант граф Ливен представил Правителю на утверждение 13 июля 1806 года. Из этих картинок, хранившихся в Столичном отд. арх. Главного Штаба видно, что в центре полотнища знамени, в кругу оранжевого цвета окаймленным лавровыми ветками помещалось изображение Св. Георгия Победоносца верхом на белом коне, поражающего копьем дракона.

Под этим изображением извивающаяся андреевская лента с надписью на ней о подвиге. Во все полотнище – георгиевский, белого шелка крест, центр которого и образовывает вышеупомянутое изображение. Углы флагов – по цветам полков.

Штандарты продолговатые, зеленого шелка. В левом верхнем углу изображен громадный офицерский георгиевский крест в золотом сиянии. В правом нижнем углу – золотой двуглавый орел на андреевской ленте с надписью на последней о подвиге. По углам вензеля Императора Александра I-го на зеленых щитах.

По краям полотна, мало отступя от них, широкая лента ордена св. Георгия. В копье штандарта и каждого знамени, вместо орла, офицерский георгиевский крест в лавровом золоченом венке.

Кисти привешивались на георгиевских лентах.

Надпись на флаги, серебряные трубы и штандарты была составлена собственноручно Правителем: «За подвиги при Шенграбене 4 ноября 1805 года, в бою 5 тысячного корпуса с неприятелем, из 30 тысяч состоявшим». Данный проект остался как словно бы малоизвестным Висковатову, что о нем не упоминает в собственном капитальном труде.

Но не все полки удостоились взять эти первые в Российской Федерации георгиевские флаги. В Аустерлицком сражении Азовский полк утратил три знамени, Подольский 5, Нарвский 2. Новгородский же, не смотря на то, что и спас все собственные флаги, но по свидетельству Кутузова: «не держался ни мало».

13 июля 1806 г. Гр. Ливен писал Императору: «Но как из сих полков, Азовским, Подольским и Нарвским, в бою 20 ноября потеряны флаги, Новгородского же два батальона подверглись наказанию, то, на основании Высочайшей Вашего Величества воли, чтобы таковым полкам снова флагов не давать, оные им сейчас не назначаются».

После этого случилось изменение в числе назначенных флагов и в их картинках. 20 сентября 1807 года были пожалованы Павлоградскому гусарскому – 10 георгиевских штандартов, Черниговскому драгунскому – 5, Киевскому гренадерскому – 6 георгиевских флагов, Донским казачьим по одному, а 6-му егерскому – 2 серебряные трубы. Картинки всех этих отличий известны по Висковатову.

Что же касается полков, подвергшихся царской опале, то им не было учтено то, что солдаты и офицеры сохранили в плену 3 знамени Азовского полка (среди них известное знамя Старичкова), 4 знамени Нарвского и 1 Подольского, среди которых были все полковые флаги (белые).
Подольский полк был расформирован, Азовскому же и Нарвскому было нужно потерянные флаги снова получить боевой работой. За отличие в Шведскую войну, в 1809г., Азовский полк приобрел новые, но простые флаги, Нарвский же, отличившийся на штурме Базарджика, был удостоен тем же отличием в 1810г. Но георгиевских флагов этим полкам было нужно подождать еще не один год.

Азовский их взял за Севастополь, а Нарвский лишь за Турецкую войну 1877-1878гг.

Само собой очевидно, Георгиевские флаги пользовались в армии громадным почетом и давались они непросто, в соответствии с представлением Георгиевской думы, неизменно по личному ответу Монарха, по окончании кампании. Были, само собой разумеется, исключения из этого правила. Так, в 1813 г., по окончании Кульмского сражения, Император Александр I лично заявил лейб-гвардии Семеновскому и Преображенскому полкам о пожаловании им Георгиевских флагов и преображенцы сразу же, не ожидая новых флагов, повесили на собственные простые флаги Георгиевские ленты.

Георгиевский флаг для судов воображал собой простой Андреевский флаг, в центре которого в красном щите изображалась фигура Святого Георгия, поражающего копьем змея.

Почетной призом для флотских экипажей были Георгиевские флаги. Они имели на древке Георгиевский крест, знаменные кисти носились на георгиевской ленте, и надпись на знамени показывала, за какое сражение они взяты. В первый раз на флоте Георгиевское знамя взял гвардейский экипаж за участие в войне 1812-1814 гг.

На знамени была надпись: «За оказанные подвиги в бою 17 августа 1813 года при Кульме».
Георгиевские трубы

Кое-какие рода армий (к примеру, артиллерия либо саперы) флагов не имели. Но нужной принадлежностью практически всех воинских частей помогали трубы, барабаны и рожки, которыми подавались сигналы в походах. И вот появился обычай награждать отличившиеся в сражениях части серебряными трубами, каковые позднее нарекли Георгиевскими серебряными трубами.

В первой половине 60-ых годов восемнадцатого века Екатерина II, взяв престол России и хотя расположить к себе армию, повелела изготовить для отличившихся при взятии Берлина полков серебряные трубы. На них сделали надпись: «храбростью и Поспешностью взятие города Берлина. Сентября 28 дня 1760 года».

Неспешно установился определенный порядок в получении наградных труб. В кавалерии серебряные трубы бывали долгими и прямыми, а в пехоте — фигурными и пара раз согнутыми. Пехота приобретала две трубы на полк, а кавалерия имела одну в каждом эскадроне и одну для штаб-трубача.

Георгиевские серебряные трубы показались в 1805 году. И те и другие обвивались Георгиевской лентой с кистями из серебряной канители, а на раструбе Георгиевских труб укреплялся еще символ ордена св. Георгия. Первым Георгиевские трубы взял 6-й егерский полк (в будущем — 104-й пехотный Устюжский).
Большая часть труб имели надписи, время от времени достаточно пространные. Последней надписью заграничного похода русской армии на трубе 33-го егерского полка была следующая: «Отличие при штурме Монмартра 18 марта 1814 года».

Некоторым родам армий (к примеру, флоту) по штату надеялись сигнальные рожки. Вместо труб они приобретали в приз за армейские подвиги Георгиевские серебряные рожки, украшенные белым лентой и крестиком.

Георгиевские полки

Зимний период 1774 г. была сделана необычная попытка собрать офицеров кавалеров ордена св. Георгия в одном полку. 14 декабря последовал следующий указ Императрицы:
«Всемилостивейше соизволяем Мы 3-й кирасирский полк именовать отныне полком кирасирским Военного Победоносца Святого и Ордена Великомученика Георгия, поручив вице и Нашему генералу-президенту Военной Коллегии Потемкину всех штаб- и обер-офицеров выяснить в оный из кавалеров этого ордена, а состоящих сейчас распределить по вторым полкам, равным образом чтобы он, сделав амуниции и образцы мундира того полку, соответственно цветам оного ордена, представил к Нам на апробацию».

Пополнить кирасирский Военного Ордена полк только Георгиевскими кавалерами выяснилось на практике неосуществимым, но полк, до конца собственного существования сохранил собственный уникальное наименование, «13-й драгунский Военного Ордена», и обмундирование, соответствующее орденским цветам. Это был единственный полк русской армии, носивший на каске и на офицерской лядунке Георгиевскую звезду.

Вторая попытка была сделана в 1790 г., в то время, когда 16 мая Малороссийский гренадерский полк был назван конно-гренадерским Военного Ордена, но Павел 1 29 ноября 1796 г. переименовал данный полк в Малороссийский кирасирский.

Орден Св. Георгиевский крест и Георгия благодаря собственному широкой популярности и высокому авторитету оказал действие на происхождение, внешний облик и статус многих иных призов, появившихся по окончании падения России.
• Орден св. Георгия Особенного Маньчжурского отряда атамана Г. М. Семёнова.
• Орден Святителя Николая Чудотворца (1920) Русской армии генерала П. Н. Врангеля.
• Орден Креста Свободы — первая национальная приз свободной Финляндии, созданная во время Гражданской войны в Финляндии в 1918 году для награждения приверженцев Национальной Финляндии в борьбе против красных. Орден Льва Финляндии — внешний вид креста ордена, созданного живописцем Оскаром Пилем и созданного 11 сентября 1942 года, практически практически воспроизводит российский орден св. Георгия.

В годы ВОВ, продолжая боевые традиции русской армии, 8 ноября 1943 года был создан орден Славы трех степеней. Его статут равно как и желто-тёмная расцветка ленты, напоминали о Георгиевском кресте. После этого георгиевская лента, подтверждая классические цвета русском воинской доблести, украсила многие солдатские и современные знаки и российские наградные медали.

На заставке:Георгиевский кавалер Дудников, фельдфебель-подпрапорщик 7-го Финляндского стрелкового полка.

Источники: Армейский орден св. Великомученика и Победоносца Георгия. Именные перечни 1769—1920. Биобиблиографический справочник. Отв.сост.

В. М. Шабанов. М., «Русскій міръ», 2004.
Дуров В. А. Ордена России— М.: «Белый город», 2002 г.
Бегунова А. Русское наградное холодное оружие в XVIII—XX вв. Новый Оружейный Издание Магнум. — 2001. — № 7.
«ВОЕННАЯ БЫЛЬ» №48 1961 год

Олег Соколов о битве и Египетском походе у Пирамид